Последний день баварского вояжа медленно набирал обороты. О том, что он последний, мы старались не думать. Тем более, что это только моя подруга завтра домой едет, а я заберу сына из Мюнхена и еще пару дней здесь побуду.

Это в идеале, конечно, если Сашка раньше в столицу не запросится. Забегая вперед, сообщаю, что он запросился сразу же, как только увидел наш полустанок. А мне что, я не против, в Мюнхене погулять можно тоже хорошо. Тем более, что здесь я уже почти все видела.

Этот день мы посвятили Людвигу II. Вернее, нескольким последним дням его жизни, которые он провел как раз в этих краях — в своем летнем замке Берг.
Добирались мы до Берга, как говорится, “синтетическим” путем: пешком и на поезде. И если с поездом все было более или менее понятно, то с пешей частью маршрута возникли интересные моменты. Когда не знаешь точно куда идти, они постоянно возникают!

До Штарнберга (я писала о нем в статье «Бедный король и виллы озёрного рая») мы доехали поездом. Вышли, осмотрелись и в начале пешей трассы Штарнберг — Берг сразу развили крейсерскую скорость. День был, что называется, “тёпленький”.
Определение этого градуса жары породило пару лет назад воспаленное сознание моей подруги из Оклахомы. У нее все, что меньше сорока градусов — тепленько. Спрашиваю ее: “Оль, жарко на улице сегодня?” “Нет, — отвечает, — 39 всего, тёпленько!” Так вот, Штарнберг — это, конечно, не Оклахома, но если семь километров в гору по жаре топать, то это тяжело. Поэтому рысью мы бежали только до ближайшей харчевни и там сделали первый стоп. А потом уже шли очень медленно!
Мы, кстати, не завтракали практически, так что можно и пообедать. Охладились миской горячего супа, чтобы сравнять температуру внутри и снаружи, как жители Средней Азии делают. Помогло не очень.

Сейчас вот только обсудим — сразу мы ко дворцу Людвига пойдем или сначала в его часовню заглянем, и тронемся. О том, что это — его часовня, он, по счастью, не знал, ее уже посмертно построили и его памяти посвятили.

Обсуждение выбора пути мы продолжили на симпатичном лужке, который здесь считается пляжем. Где-то неподалеку от этого места в 1905-м году была построена первая в Германии купальня с искусственными волнами “Ундоза”. Размером 60х15 метров, с песчаным пляжем — песок был привозной, и вышкой для ныряния, она привлекала богатых отдыхающих со всей Баварии. Богатых — потому что цены на билет были весьма высоки для того времени. Например, в 1908-м году купание в «Ундозе» стоило 60 пфеннигов, это примерно 1,16 €. А за посмотреть, то есть, за место на трибуне, надо было отдать 20 пфеннигов. Дети могли купаться только до обеда, когда мало взрослых, мужчины и женщины плавали в разное время. Это позднее были введены «семейные» часы, как бы только для супружеских пар.
Волну “гоняла” специальная паровая машина, которая, увы, часто ломалась. Из-за высоких расходов на ремонт ее в 1921-м году разобрали, а в 1978-м закрыли и саму купальню.

Wellenbad Undosa
Сейчас пляжем можно пользоваться бесплатно, но песочка там больше нет, люди на травке загорают. Мы попробовали ногу водой — холодная! Озеро — альпийское, вода в нем долго прогревается, если прогревается вообще.

Там, где кончается пляж, людей сменяют птицы — водоплавающие и голуби.

А мостик деревянный разводной вы когда-нибудь видели? Я — так в первый раз, хотя в Голландии каких только мостов не насмотрелась. Даже ролик сняла, как его разводят.

Мостик — маленький и несерьезный, только для велосипедов и пешеходов сделан. Впрочем, и тех, и других здесь не очень много, проплывающий лодок и яхт гораздо больше.

Есть мнение, что отдых в Баварии больше для людей преклонного возраста подходит. Так это — вообще не так! На катерах и яхтах, к примеру, одна молодежь рассекает. Так что это, скорее, отдых для состоятельных людей. Другое дело, что капитал, как правило, к концу жизни копится.
Отдыхают здесь и русские. Одну из этих вилл, к примеру, уже который год семья москвичей снимает. Пользуются они этим жильем только летом и приезжают сюда с большим удовольствием, принимая человек по тридцать гостей за сезон.

Эта часть берега более обжита, чем та, что мы у Розового острова видели. Мюнхенцы начали застраивать окрестности Берга и Штарнберга еще в начале 19-го века. Сначала виллы предназначались только для летнего отдыха и для вылазок по выходным, а сейчас в них живут постоянно, а в Мюнхен ездят на работу.

Встречаются же оригиналы! Посмотрите на этого рыцаря, что стоит слева на приусадебном участке! Может быть, конечно, в доме и правда потомки рыцарей живут, а может жильцы под благородных косят. Но не исключено, что поставили сие железное изваяние просто для красоты.

Интересно, кому в этой глуши машина помешала? Полицейские этот район вряд ли патрулируют, значит из соседей позвонил кто-то. Немцы — стукачи еще те.

Если вы еще не поняли, мы во дворец направляемся, в котором Людвиг жил. Вот уже и дверка со звонками показалась. А надписи около звонков до чего смешные! Еще бы приписочку сделали: “Во дворец звонить три раза”, и чисто коммуналка была бы. Слово “Schloss” означает “дворец”.

Дома давно кончились, широкая тропа идет в гору, а дворца все нет. Слева — лес, справа — забор, за забором тоже лес. По всей видимости, где-то там, со стороны забора и должен быть дворец. Но увидеть его не было никакой возможности! В нем до сих пор кто-то из королевской семьи Виттельсбах живет, и понятно, что он закрыт для посещений. Но то, что на дворец только с воды посмотреть можно, было для меня сюрпризом.
Ну, нет, так нет. Пошли тогда в часовню.

Не собираюсь рассказывать здесь о жизни Людвига, хотя она весьма занимательна. И загадочного в ней так много, что концов не найдешь. Даже мнения о внешности короля расходятся. Кто-то говорит, что он был красавчик, а кто-то — что мальчишки в толпе при его появлении улюлюкали и вслед свистели, до того у его величества был нелепый вид. Высоченный, голова маленькая, да еще уши оттопырены…
Насчет его приватных пристрастий тоже много слухов ходило — его слишком нежное отношение к Вагнеру, например, не давало покоя как родственникам, так и подданным. Был влюблен в свою кузину Сиси с детства, потом спонтанно и быстро объявил о помолвке с Софией Шарлоттой Августой герцогиней Баварской, но к свадьбе дело и близко не подошло.

Ludwig II
Людвига Второго называли сказочным королем и создателем замков. Он их несколько построил, самые известные — Линдерхоф и Херренкимзе и Нойшванштайн. На последнем замке семья не выдержала и объявила Людвига душевнобольным и за свои поступки не отвечающим. А то еще один дворец — и Бавария по миру пойдет, всю казну опустошил замкостроитель!

Schloss Linderhof
К моменту заговора семьи и врачей Людвиг находился в своем недостроенном замке Нойшванштайн. За ним приехали, огласили вердикт врачебной комиссии, взяли под стражу и увезли в Берг. Кстати, личный врач короля был не согласен с приговором комиссии и считал, что выводы ее сфабрикованы.
Приехав во дворец Берг, Людвиг оглядел стены комнаты, где ему предписано было жить, двери без дверных ручек, открывающиеся только снаружи, и понял, что это — конец. Выходить из комнаты ему не разрешалось, исключением были предписанные психиатром прогулки — две в день по территории дворцового парка.

* * *
Его заточение длилось буквально пару дней. Вечером 13 июня 1886-го года Людвиг Второй отправился на прогулку в сопровождении психиатра Бернхарда Алоиза фон Гуддена. Этот человек, кстати, и возглавлял комиссию, которая объявила Людвига сумасшедшим. Когда король и врач не вернулись домой в обычное время, во дворце забили тревогу и послали полицейских прочесывать берег и парк. Очень скоро те обнаружили в воде тела двух мужчин. Рыбак Якоб Лидл, который много лет работал на Людвига, подплыл к ним на лодке и увидел, что это — король и его врач. Кстати, рыбак был любимцем Людвига и доверенным многих его тайн. Часто служил курьером — переправлял на Розовый остров нежные записочки для Сиси.

Дальше начинается полная чертовщина. Вместо того, чтобы сразу везти тела во дворец, Якоб Лидл привез их в свой домик, который находился неподалеку (его адрес: Seestrasse 11). Здесь тела пролежали целых четыре часа и только потом были переправлены во дворец.

Документы об официальном осмотре тел обнародованы не были — просто сообщение о смерти. Это породило много слухов, например, что лицо врача было расцарапано, а на теле Людвига следов борьбы видно не было. То есть версия о том, что король силой затащил спутника на мелководье, утопил и потом утопился сам на метровой глубине, вряд ли правдоподобна — тот не сдался бы без боя. А еще говорят, что в теле Людвига было пулевое ранение. Дескать, убили, сбросили в воду и психиатра рядом притопили. Темная история, в общем, Людвигу, любившему мистификацию, она бы понравилась.

Еще более подозрительным ее делает то, что вскоре после тех событий рыбак Якоб Лидл очень быстро разбогател. Ему были заплачены так называемые Schweigegeld — деньги за молчание. Скоро он стал весьма уважаемым человеком, почетным гражданином Берга, а позднее — даже бургомистром.

* * *
Спустя год на месте гибели Людвига II был установлен деревянный крест, а через десять лет в его память начали строить часовню, которая называется Votivkapelle. Еще на берегу горит лампада, ее зажгла мать умершего короля. Тот ли огонь в лампаде или другой — неважно, главное, он горит до сих пор.

Жаль, но в часовне велись реставрационные работы, и заглянуть внутрь можно только через стеклянные, мутные от строительной пыли двери. Веселые реставраторы, которые как раз вышли на перекур, сказали, что понятия не имеют, когда они все здесь доделают. То у земли Бавария деньги кончаются, то потомки короля денежный кран перекрывают — они в расходах тоже участвуют.

Покинув это очень красивое, но грустное место, мы пошли к пирсу — хотя бы кусочек нашего пути обратно нам хотелось по воде сделать. Не из романтических побуждений — устали просто. С корабля мы замка тоже не увидели, он в стороне остался.

Этой записью я заканчиваю цикл “Баварских записок” и перемещаюсь в Саксонию, из путешествия по которой я только что вернулась.

Фотографии из личного архива автора

Оригинал

Автор Irina Dobruskina

Меня зовут Ирина, сейчас я живу в Голландии. В нашей "западной" жизни мы много переезжали, меняли страны и города. В одной только Германии мы прожили 12 лет и за это время переезжали шесть раз. Можно смотреть на это, как на грустный факт смены языка, окружения, дома, неизбежного ухода людей... Я предпочитаю видеть в этом приобретение нового опыта, нового языка и прихода новых людей в нашу жизнь. В Голландии я до сих пор чувствую себя туристом, что во многом помогает мне более или менее сносно существовать в этой замечательной стране. Пишу о путешествиях и жизни здесь и в ближайшем зарубежье.

Написать комментарий