Просто удивительно, как такой маленький островок может вместить в себя столько истории! Про самое древнее сооружение на Розовом острове (Roseninsel) — дома на сваях, датированные 3720-м годом до нашей эры, я уже рассказывала, но оказалось, что это еще не все! В период бронзового века остров вообще был культовым объектом и считался священным!

Он использовался исключительно для молитв и служения богу. Типичным представителем культового объекта, к примеру, был Акрополь в Афинах, а из природных святынь — священная гора Кайлас в Тибете. Или Арарат.

В 7-м веке на острове построили церковь в романском стиле, из вулканического туфа. Я попыталась узнать, откуда завезли материал, но никто не знает, и google молчит. Естественно, за много лет церковь разрушилась, но остатки — западная стена и фундамент, сохранились. Их использовали при строительстве садового домика в 1853-м году — его возвели на церковном фундаменте, а стену просто встроили в новое здание.

Gärtnerhaus, Roseninsel
В 16-м веке островом владел герцог Вильгельм IV. Потом он продал его семейству Розенбуш. Те, в свою очередь, тоже его тоже продали… На протяжении двух столетий остров переходил из рук в руки. В результате всех этих перипетий к началу 19-го века он оказался во владении рыбацкой семьи Кугельмиллер, сегодняшний вариант звучания этой фамилии — Кугельмюллер. Один из представителей этой семьи еще сыграет свою роль в запутанной истории гибели Людвига.

В 1840-м году будущий король Баварии Максимилиан II положил глаз на этот симпатичный островок. Кстати, живя в Германии и общаясь время от времени с представителями баварского населения, я заметила, что там очень многих мужчин зовут Максами и Людвигами. Эти имена почти также распространены в Баварии, как Спирос — в Греции.

Вилла «Казино» на острове Roseninsel
Но вернемся к острову и Максимилиану. Он искал подходящее место, где мог бы разместить контору и учебный корпус своего благотворительного фонда Stiftung Maximilianeum. Фонд предназначался для поддержки талантливых студентов, не имеющих возможности платить за университетское образование. Здесь, на острове, студенты бы не только учились, но и жили бесплатно. По ряду причин это учебное заведение было открыто в Мюнхене на радость студентам. Я тоже считаю, что студенческая жизнь веселее в столице, а не в этом прекрасном захолустье.
Фонд Maximilianeum существует и поныне. Специальная комиссия отбирает ежегодно около 400 абитуриентов с высшими выпускными баллами, после прохождения сложнейших экзаменов из них остается всего шесть или восемь человек.

Но остров Максимилиан все-таки купил и сделал его своей летней резиденцией. Не помпезной, только для себя и ближайшего окружения. Покупка обошлась ему в 3000 гульденов.

Для приведения острова в божеский королевский вид были приглашены лучшие архитекторы Германии! Ландшафтом парка, к примеру, занимался генеральный директор садов и парков Прусского двора Петер Йозеф Ленне (Peter Joseph Lenné). Он прославился проектами в парке Сан-Суси, в деревне Александровка в Потсдаме, парке Тиргартен (Tiergarten) в Берлине… Список заслуг потомственного садовника бесконечно длинный. Признаться, на их фоне маленький парк с розарием на Розовом острове остался почти незамеченным. Кстати, эта работа была родственным жестом со стороны прусского короля Фридриха Великого — его двоюродная сестра Мария Фридерика Прусская была женой наследника баварского престола Максимилиана, будущего короля Максимилиана II. Парк был задуман во французском стиле.

Королевской резиденцией служила небольшая вилла “Казино” — всего на два этажа. Ее построили в 1851-1853 годах в помпезно-баварском стиле альпийского горного дома. Название “Казино” объясняет назначение виллы. Не в игорном смысле, а в том, что в ней не живут, а развлекаются. Есть, оказывается, и такое толкование слова “казино”.

Возможности переночевать и готовить на острове было намеренно не предусмотрено, угощение привозили с собой, а ночевать ехали домой — во дворец Берг.
Мы бродили по окрестностям этого дворца с подругой, но его вообще не видно! Высокий забор и непролазная чаща, забаррикадировались от всех врагов и любопытных. Так что фотография из интернета. Увидеть дворец можно только со стороны озера, а мы туда пешком ходили, не знали, что такое фиаско получится.

Schloss Berg
Перед виллой разбили розарий овальной формы. Еще при Максимилиане там посадили тысячу кустов роз, а при Людвиге добавили еще тысячу. Они-то и дали новое имя острову, который до 19-го века назывался Вёрт (Wörth).

Roseninsel
Основное время цветения роз — середина июня и вторая половина августа, тогда там столько народу бывает! И все стоят посреди роз и дышат глубоко-глубоко. Этот процесс называется концертом запахов, жаль, что я в перерыве между цветениями была. Розы цвели, но скромно, буйства не было.

В центре розария установлена пятиметровая бело-синяя колонна со позолоченной скульптурой наверху. Она называется “Девушка и попугай”. Тоже подарок прусского короля кузине Мари. Всего таких статуй было отлито три.
Я бы об этом не стала рассказывать, подумаешь, произведение искусства! Но одна из них была подарена царице Александре Федоровне, супруге императора Николая I. До Второй мировой войны скульптура хранилась в Петергофе, во время войны ее разрушили, сейчас на ее месте — копия.

* * *
После смерти Максимилиана IV остров унаследовал его сын Людвиг II, о котором я писала в предыдущей статье Розовый остров, Вагнер и замок Сиси.
Когда Людвиг умер, Розовый остров оказался никому не нужен и очень быстро пришел в упадок.
В 1978-м году земля Бавария выкупила его у фонда королевской семьи Виттельсбах за 800.000 немецких марок. Остров открыли для публики, а в 1998-м году начали глобальную реставрацию виллы и парка с розарием. Теперь мы видим Розовый остров таким, каким он был во времена Людвига.

Здесь открыли музей, он работает каждый день кроме понедельника. Если, конечно, свадьбу никто не играет. Сколько стоит провести свадебную церемонию в бывшем королевском владении, я сказать не могу. На сайте музея информации об этом нет, нужно лично по телефону договариваться, а мне вроде как без надобности. В любом случае свадьба на острове — это очень романтично! Работников ЗАГСа при этом заказывают с “материка”.

* * *
Ну, остров мы весь обошли, пора звонить в колокол и плыть обратно. Здесь все так делают. Эта традиция идет еще с королевских времен — чтобы вызвать паромщика с другого берега, гости звонили в колокол. Сейчас это делают все кому не лень, лишь бы отметиться. А мы не стали, мы лебедей в это время фотографировали. Потом паром приплыл, и звонить уже не имело никакого смысла, только лишний шум производить.

До железнодорожной станции идти было около восьми километров. Сначала мы шли по другому парку того же архитектора Ленне, что парк на Розовом острове проектировал. Он был уже в английском стиле и больше походил просто на ухоженный лес.

В благодарность за прекрасную работу жители коммуны Feldafing, которой принадлежат и остров, и парк, поставили памятник знаменитому садовнику.

А сколько “счастливых” деревьев здесь было! Это когда из одного корня растет сразу несколько стволов. Есть примета, что если встать между стволами и загадать желание, то оно обязательно сбудется. Не помню, что я загадывала, но наверняка что-то хорошее. Моя подруга верит во все это, а я просто так загадывала. Вдруг сбудется?

Через пару километров началась курортная зона — пляжики с травкой на бережку, голубые лодки на приколе… Жаль, мы купальники не взяли. С утра прохладно было, не ожидали такого солнышка.

Курортная зона тянется почти до самого Тутцинга и переходит в городской парк и пляж.

Городок выглядит очень симпатично, но история у него печальная. Здесь была промежуточная остановка на так называемой “Дороге Слез” — к концентрационному лагерю Дахау.

Когда мы пришли на вокзал, то узнали, что наш поезд только что уехал, а следующего ждать почти час. И это было хорошо! Потому что неподалеку от станции мы обнаружили маленькое кафе с неожиданно вкусными вещами. Например, этой домашней колбасой Leberwurst. Я пробовала ее в Мюнхене на Виктуалиенмаркт, так та не идет ни в какое сравнение с этой! Ну а пиво — везде пиво. Особенно в Баварии.

Хозяин заведения — очень импозантный мужчина южных кровей. Такой красивый, что я подумала, он итальянец. Оказалось, грек. Его жена работала тут же на кухне. Рано постаревшая, как многие гречанки, и грузная. Может и была в молодости хорошенькой, но сейчас — совсем нет.
Ну, и что! Это еще не повод, чтобы строить мужику глазки и внаглую клеить его. Это я про какую-то азиатку, которая сидела за соседним столиком с ноутбуком и каждую минуту спрашивала то пароль от Wi-Fi, то пиво похолодней, то как его зовут!

Увидев, что мы кидаем на нее косые взгляды, хозяин пожаловался тихо, что она его уже достала. Постоянно сюда ходит, и что его жена ее скоро убьет. Мы посочувствовали, прикончили колбасу и пиво, попрощались с хозяином и пошли на станцию ждать поезда.

Хороший городок Тутцинг. И колбаса вкусная, и пляж большой есть… Но нам в нашей деревушке все равно милее.

Фотографии из личного архива автора

Оригинал

Автор Irina Dobruskina

Меня зовут Ирина, сейчас я живу в Голландии. В нашей "западной" жизни мы много переезжали, меняли страны и города. В одной только Германии мы прожили 12 лет и за это время переезжали шесть раз. Можно смотреть на это, как на грустный факт смены языка, окружения, дома, неизбежного ухода людей... Я предпочитаю видеть в этом приобретение нового опыта, нового языка и прихода новых людей в нашу жизнь. В Голландии я до сих пор чувствую себя туристом, что во многом помогает мне более или менее сносно существовать в этой замечательной стране. Пишу о путешествиях и жизни здесь и в ближайшем зарубежье.

Написать комментарий