Наша поездка в Вернигороде началась в Дрездене. Я там так часто бываю, что не успеваю соскучиться. Из-за чемпионата мира по футболу он пуст. Забитые обычно русскими туристами, его улицы были непривычно безлюдны. Все потому, что билеты на Москву раскупили немецкие болельщики, что очень замечательно!

Очередей в музеях нет, а по Цвингеру, например, мы вообще одни гуляли. Внизу еще бродили какие-то редкие группки, а на крыше — только мы с подругой, да мальчишки-ангелочки. Их совсем недавно отреставрировали, стоят во всей своей светло-песочной красе, и девушки вокруг Фонтана «Купание Нимф» — тоже.

Читала, что каждую нимфу с фавориток Августа Сильного лепили. Как Людвиг Второй в Баварии, Август мне очень симпатичен. Весельчак, меценат, сластолюбец и так далее. С Петром Первым дружил, кстати. А у нимф действительно очень разные, живые лица и тела. У кого-то крупные руки — вряд ли графиня. А кто-то — очень изящен. Представила, каково мужьям этих прелестниц гулять здесь было и ликами своих жен любоваться. Хотя мужья фавориток хорошо устраивались, Август умел благодарить за доставленное удовольствие.

В ногах почти каждой нимфы — ребенок, а то и два. Фантазируем дальше? У Августа было восемь законных детей и 346 (триста сорок шесть!!!) внебрачных! По непроверенным данным, правда. Не могли же архитекторы и скульптор Бальтазар Пермозер (Balthasar Permoser) обойти этот факт при строительстве дворцового комплекса Цвингер.

Но туда мы уже под конец дня пришли, когда дождь кончился. День вообще был бешеным — сначала очень жаркий, плюс 33, потом вдруг ветер в обед грозовые тучи принес, и плюс 14 стало, а к вечеру температура до 18 градусов поднялась. Мы обрадовались, надели плащи и под зонтами побежали в город.

Hofkirche
Зашли в Дворцовую церковь — Hofkirche (1739—1755). Эта церковь — любимая у моей подруги, и Бог там — самый красивый.

Ирка, так зовут подругу, человек верующий, но охотнее ходит именно сюда, а не в русскую церковь. У нее к русской церкви свои счеты, она обиделась, когда я хотела покреститься там, а батюшка сказал, что “Пусть идет и крестится по месту прописки.” И отказал. Так и хожу нехристью.

Сегодня так все удачно сложилось: только мы зашли в церковь — началась вечерняя служба. Не в центральной части собора, а в королевской часовне, куда вход посетителям закрыт. Насколько я знаю, туда только с экскурсией зайти можно, как и в крипту, где сердце Августа похоронено. Он по частям покоится. Тело — в Польше, поскольку он еще и королем польским был, а сердце — здесь, “где осталась его любовь”, по его словам.

Вы послушайте орган пока, а я с вами своими крамольными мыслями поделюсь.

Ну и дура была эта графиня фон Козель! Кто не в курсе, это самая знаменитая фаворитка Августа Сильного. Красавица, замужем, естественно, не отдавалась Августу, пока он ей государственную грамоту не выдал, что женится на ней незамедлительно при первой возможности. То есть, сразу, как он от жены избавится, спасибо, что не убил, а развода дождался.

Графиня грамотку припрятала, с супругом развелась и с саксонским фюрстом жить стала. Фюрст — значит принц, правитель. А что, он мужчина видный и свое прозвище “Сильный” оправдывал полностью. Он не только подковы гнуть умел, но и в амурных делах неутомим был.
Любовниц у него было! Но Козель — самая любимая. Она родила ему несколько детишек, подарками он ее заваливал драгоценными, дворцы для нее строил… Ташенбергпалас, например, в котором сейчас отель Кемпински находится.

Anna Constantia Reichsgräfin von Cosel
А через несколько лет охладел к красавице и увлекся одной польской принцессой, да настолько, что захотел жениться на ней. Женитьба была не совсем по любви, после свадьбы Август получал корону Польши.
Опрометчиво данная когда-то грамота мешала сделать ему это беспрепятственно. Все-таки слово фюрста дал, а потом взял и обманул бедную женщину. Август попросил отдать документ по-хорошему, а графиня ни в какую! Тогда он ее в тюрьму посадил, чтобы подумала хорошенько, в башню крепости Штольпен. Я там была — холодища страшная даже летом!

Кстати, я как-то загадала загадку про “сидит девице в темнице, а коса — на улице, что это” дочке моей подруги. Она подумала и сказала, что это — графиня фон Козель. И ведь не скажешь, что она не права. Девочке лет пять тогда было.

Грамоту графиня так и не отдала и просидела в заточении много лет. Как ни странно, она привыкла и не захотела покинуть башню даже после смерти короля. Кстати, женщина графиня была ума незаурядного, даже с Вольтером переписку вела. Всего Анна Констанция фон Козель провела в Штольпене 49 лет и похоронена на территории крепости. О графине и Штольпене я как-нибудь в другой раз расскажу, а сейчас мы в Вернигороде отправимся.

Wernigerode
Мы выехали следующим утром. Купили такой интересный билетик — Sachsen-Ticket называется. Стоит 31 евро на двоих, максимально могут путешествовать пятеро. Впрочем, я об этом писала в статье: “Дискриминация домашних животных относительно детей или общественный немецкий транспорт от трамвая до экспресса”. Подробности — там, а здесь я ограничусь только одним дополнением. Действует Sachsen-Ticket на три соседних земли: Саксонию, Тюрингию и Саксонию-Анхальт. В Саксонию-Анхальт нам и нужно, Вернигороде там находится, на границе с Нижней Саксонией.

Я давно про этот городок слышала, что он очень миленький, разноцветный, и что там на каждом шагу продают ведьмочек.

А все потому, что рядом с ним находится гора Броккен, где раз в году бывает Вальпургиева ночь. Знаменитой эту гору сделал Гёте, описав ее в “Фаусте”. Правда ли это то самое место, где ведьмы на шабаш собирались, или нет, не знаю, но сейчас все настоящие и мнимые ведьмочки Германии устраивают на горе ежегодный слет, происходит это в конце апреля.

* * *
Возвращаюсь к нашей сегодняшней дороге и погоде. На всю неделю путешествия было обещано сплошное безобразие! 13-14 градусов тепла и вероятность дождя — 90%! Правда, прогноз пока нас обманывает, с утра — ясно. Не жарко, но дождя нет, и солнышко даже проглядывает.

Ехали мы с двумя пересадками: в Лейпциге и Халле. В русском языке название этого города звучит как “Галле”, но это — неправильно, звука “г” там нет.
Халле — тоже город интересный. Мало того, что англичане его не бомбили — бургомистр спас. Он“агрессоров” с почетом встретил, лишь бы город сохранить, и символический ключ от ворот самолично вручил, за что его благодарные горожане предателем объявили… А еще в Халле после революции работали русские художники-авангардисты во главе с Кандинским.
А в Халле я сто лет не была, фотографий приличных, чтобы без детей и друзей на фоне Баха, у меня нет, так что беру из интернета.

* * *
Участок Лейпциг — Халле прошел особенно весело. Поезд был забит, протиснуться можно было только в то отделение, где пассажиры ехали с велосипедами. Вот между ними и их пьющими владельцами мы и разместились.
Судя по их блестящим красным лицам, пить они начали давно. Причем пиво доставали из детской термосумки нежно-салатового цвета, очень мило смотрелось. Глянув на мою подругу, один протянул ей открытую бутылку: “Будешь?” Она удивилась, но бутылку взяла, глотнула и пустила дальше по кругу, то есть, передала мне. Гадость, кстати, страшная, пиво было не “чистым”, а смешанным с бузинным лимонадом, немцы почему-то любят это пойло. Потом по кругу пошли конфеты “Edle Tropfen”, благородные капли, значит. Нет уж, спасибо, против начинки я ничего не имею — конфеты со шнапсом были, а сладкое не люблю.

Веселился весь вагон, не только мы, в разговоре мужиков я уловила слово “Moskau”.

  • На чемпионат, что ли, едете?
  • Нет, на музыкальный фестиваль.

Ничего себе! Такие мужики брутальные и — музыка!
Они сошли, а я рассказываю про фестиваль подруге. А она:

  • Ага, на фестиваль! Не слышала, что ли? Они — наци! На фестиваль нацистской музыки ехали, в качестве группы поддержки!

Она с ними ближе стояла, успела пообщаться.
“Ничего себе!” — говорю я еще раз, — а на вид нормальные мужики, даже не скажешь.”
“А мы с ними из одной бутылки пили!” — добавила Ирка.
Вот так смешно начиналось наше путешествие.

Фотографии из личного архива автора


Оригинал
Автор Irina Dobruskina

Меня зовут Ирина, сейчас я живу в Голландии. В нашей "западной" жизни мы много переезжали, меняли страны и города. В одной только Германии мы прожили 12 лет и за это время переезжали шесть раз. Можно смотреть на это, как на грустный факт смены языка, окружения, дома, неизбежного ухода людей... Я предпочитаю видеть в этом приобретение нового опыта, нового языка и прихода новых людей в нашу жизнь. В Голландии я до сих пор чувствую себя туристом, что во многом помогает мне более или менее сносно существовать в этой замечательной стране. Пишу о путешествиях и жизни здесь и в ближайшем зарубежье.

Написать комментарий